• Экология
  • 18.02.2019
  • 6 мин. чтения

Дети капитана Ахава

19 февраля, Всемирный день защиты морских млекопитающих, мир встречает плохими новостями. В декабре Япония объявила о возобновлении китобойного промысла, а в России спасают 11 косаток и 87 белух из «китовой тюрьмы» под Находкой.

Фото: pxhere.com

Глобальное потепление и промышленный лов могут необратимо изменить облик Мирового океана. После перепромысла в середине XX века многие виды китообразных оказались близки к вымиранию. В 1972 году ООН предложила ввести мораторий на коммерческий вылов крупнейших в мире животных. Международная китобойная комиссия (International Whaling Commission, IWC) поддержала это предложение только в 1982 году. Это произошло после того, как к ней присоединился целый ряд стран, выступавших за введение моратория, в том числе те, которые не занимались выловом китов. Любое государство, соблюдающее Международную конвенцию о регулировании китобойного промысла 1946 года, автоматически становится членом комиссии. Мораторий не распространяется на вылов с целью научных исследований и на добычу аборигенными народами — в обоих случаях устанавливаются специальные квоты.

На сегодняшний день горбатый кит сумел восстановить свою популяцию, а численность синего увеличилась незначительно. Успехи разнятся. Но если бы промысел не прекратили, многие из этих животных исчезли бы с нашей планеты. Ряд видов — например, северный гладкий кит — и сейчас находится под угрозой вымирания.

Эти фотографии сделаны в Исландии до вступления в силу моратория на вылов китов. Но страна продолжала заниматься китобойным промыслом до самого недавнего времени
Эти фотографии сделаны в Исландии до вступления в силу моратория на вылов китов. Но страна продолжала заниматься китобойным промыслом до самого недавнего времени
Фото: flickr.com/shades04

По праву викинга

Норвегия соблюдала мораторий только до 1993 года. Сейчас страна устанавливает свою квоту, которая постоянно растет и в прошлом году составила 1 278 китов (малых полосатиков). Правда, реальные показатели добычи значительно меньше. Согласно докладу американского Института защиты животных (Animal Welfare Institute, AWI) и природоохранных организаций OceanCare и Pro Wildlife, с 1993-го по 2015 год Норвегия выловила 11 808 китов. По данным, приводящимся в документальном фильме, который показал принадлежащий правительству канал NRK, 90% убитых составляют самки, почти все — беременные.

«...Китобойный промысел Норвегии бурно развивается, используя лазейки в международных запретах на добычу китов и торговых ограничениях. Опираясь на неподтвержденные научные данные, страна устанавливает собственные квоты: на сотни, а порой более чем на тысячу животных каждый год. После насыщения внутреннего рынка из-за низкого спроса Норвегия не только экспортирует китовое мясо на давно сложившиеся рынки в Японии, но и ни много ни мало финансирует разработку новых пищевых добавок и фармацевтических продуктов, полученных из китового масла, в попытке создать спрос, как среди своих граждан, так и за рубежом».

Из доклада «Застывшая во времени: как Норвегия продолжает цепляться за свое китобойное прошлое», 2016 год

Исландия поначалу вела только «научный промысел». Но в 1992 году страна вышла из IWC. В 2004 году она возобновила членство, но выдвинула условия, противоречащие мораторию. А в 2006 году Рейкьявик снова начал коммерческий промысел малых полосатиков и финвалов.

В 2016 году Исландия выловила 46 китов, а в 2017-м — 17. С прошлого года промысел прекратился из-за нерентабельности.

Исландское китовое мясо в основном шло на экспорт, но также пользовалось спросом на внутреннем рынке среди туристов. Сами исландцы его практически не употребляли в пищу.

На Фарерских островах продолжается восходящая к временам викингов традиция — гриндадрап, массовое убийство гринд, или черных дельфинов, когда группа животных приближается к берегу. Мясо не экспортируется, а распределяется между фарерцами, считающими обычай частью своей национальной идентичности. Попытки активистов защитить животных сталкиваются с ожесточенным сопротивлением местных жителей и властей. Гриндадрап собирает множество фарерцев, в том числе детей.

Спасение от голода

Депутаты из правящей Либерально-демократической партии Японии, в чьи избирательные округа входят китобойные сообщества, давно лоббировали возобновление промысла. По мнению многих, он является важной частью национальной культуры. Оппоненты говорят, что это не так: масштабная добыча и активное потребление китового мяса пришлись только на два десятилетия в середине XX века.

Сашими из китового мяса (на фото) — привычное блюдо для японцев. Оно даже входит в меню школьных столовых
Сашими из китового мяса (на фото) — привычное блюдо для японцев. Оно даже входит в меню школьных столовых
Фото: flickr.com/shades04

Японцы охотились на китов с древнейших времен. Начало организованного промысла относится к 1570-м годам. Однако до конца XIX столетия он не был интенсивным, а потребление в основном ограничивалось отдельными прибрежными территориями. Туши использовались полностью, без остатка. Промысловики организовывали похоронные церемонии для китов: считалось, что в противном случае их души будут преследовать китобоев.

С 1890-х годов в отрасли стали внедрять более современные технологии норвежского образца. Промысел достиг гигантских масштабов после Второй мировой войны, когда Япония голодала. Два американских танкера переоборудовали в плавучие заводы по переработке китового мяса. Добычу вели в Антарктике и других частях Мирового океана.

До начала 1960-х годов кит был главным источником мяса в Японии. Но потом потребление резко сократилось.

После объявления моратория страна добывала китов только по научным квотам. Япония организовывала экспедиции в Антарктику, успешно используя лазейку в Международной конвенции о регулировании китобойного промысла. «Научная работа» стала прикрытием для добычи в промышленных масштабах.

Фанатичная приверженность современной Японии китобойному промыслу хорошо известна мировому сообществу. В 2014 году Международный суд ООН признал, что «научные цели» использовались страной как ширма, и потребовал прекратить нарушения Конвенции. Разбирательства, инициированные Австралией, длились несколько лет. Японии пришлось отказаться от промысла в Южном океане. Правда, ненадолго. Спустя год Токио вновь отправил китобойный флот в Антарктику под предлогом того, что правительство разработало новую исследовательскую программу, якобы не противоречащую решению суда.

Февраль 2009 года. Австралийское судно «Стив Ирвин» заблокировало в водах Южного океана японские гарпунные суда «Юсин Мару-1» и «Юсин Мару-3»
Февраль 2009 года. Австралийское судно «Стив Ирвин» заблокировало в водах Южного океана японские гарпунные суда «Юсин Мару-1» и «Юсин Мару-3»
Фото: flickr.com/guano

Международный фонд защиты животных (International Fund for Animal Welfare, IFAW) обвинял Японию в попытках воздействовать на результаты голосований Международной китобойной комиссии. По мнению авторов доклада, страна подкупала союзников, чтобы сформировать мощный блок сторонников промысла. Некоторые не имеющие выхода к морю страны, такие как Монголия, присоединялись к IWC, чтобы поддержать позицию Токио.

В сентябре 2018 года Япония предложила участникам комиссии возобновить коммерческий промысел. Инициативу не поддержали. Поэтому в декабре Япония объявила о выходе из IWC: «Мы не смогли добиться изменения позиции стран, настаивающих на полном сохранении популяции китов и отказывающихся признавать необходимость их сбалансированного промысла».

Главный секретарь кабинета министров Японии Ёсихидэ Суга заявил, что Международная китобойная комиссия игнорирует научные данные. Согласно японским исследованиям, популяция малого полосатика велика, вид относится к числу благополучных, и промысел ведется главным образом на него. Страна возобновит коммерческий вылов в июле. Теперь он ограничится территориальными водами и исключительной экономической зоной Японии. После выхода из IWC Токио прекратит бесконтрольное убийство китов в Антарктике.

«Тайный» советский промысел

Советский Союз также присоединился к Конвенции 1946 года. Однако правила добычи ни одной советской флотилией не соблюдались, а отчеты для Комиссии фальсифицировались. Добывали практически все виды китов вне зависимости от того, есть ли на них квоты.

После распада СССР факты масштабных нарушений обнародовали. Всего за 25 лет китобойного промысла, с конца 40-х по начало 70-х, Советский Союз уничтожил от 125 до 200 тысяч крупных усатых китов и кашалотов. Но даже по официальным отчетам на СССР приходилось 43% мировой добычи (на Японию — 41%). «Тайный» промысел подорвал крупные популяции.

Заключенные «китовой тюрьмы»

В современной России китобойным промыслом имеют право заниматься только коренные жители Чукотки. Однако убийство — не единственное, что угрожает китам. С ноября 2018 года внимание экологов всего мира приковано к «китовой тюрьме» в бухте Средняя в Находке. Здесь содержатся 11 косаток и 87 белух, предназначенных для продажи в китайские океанариумы. Коммерческий вылов животных запрещен, однако их изъяли из природы по культурно-просветительской квоте. Росрыболовство получило предупреждение от Следственного комитета, на что заявило, что разрешения выданы законно.

Морские животные в дельфинариях живут намного меньше, чем их дикие собратья
Морские животные в дельфинариях живут намного меньше, чем их дикие собратья
Фото: flickr.com/Dumby

Однако все «заключенные» тюрьмы в Находке — детеныши, добыча которых запрещена. СК возбудил уголовное дело по факту незаконного вылова косаток и белух и жестокого обращения с животными — в ходе следствия выяснилось, что их содержали в ненадлежащих условиях. Сейчас их планируют вернуть в естественную среду обитания. Свою помощь в реабилитации животных предложили известный исследователь и защитник Мирового океана Жан-Мишель Кусто и ученые-экологи из Ocean Futures Society, Ocean Alliance и Earth Island Institute.

«Мы обладаем большим профессиональным опытом, приобретенным при изучении китов, как в их естественной среде обитания, так и в неволе, включая опыт успешной реабилитации и выпуска косатки Кейко, известной по фильму „Освободите Вилли“, в воды Исландии в 1990-е годы. Основываясь на наших экспертных научных знаниях, мы убеждены, что невозможно поддерживать здоровье косаток и белух на должном уровне в условиях неволи, даже при лучших обстоятельствах».

Из обращения Жан-Мишеля Кусто

Губернатор Приморского края Олег Кожемяко пригласил Жана-Мишеля Кусто и его коллег, чтобы разрешить ситуацию. По словам ученых, животных, которые уже адаптировались к жизни в вольере, выпускать в естественную среду обитания опасно, а опыта реадаптации китов к жизни в океане в России нет.