• Общество
  • 24.06.2019
  • 6 минут на чтение

Красивая жизнь
за 101-м километром

Бегство из города в деревню существовало всегда. Вынужденное и добровольное. Люди бежали от церковных гонений, за покоем и тишиной духа, за деньгами и от денег, хотели просвещать народ. Староверы, декабристы, народники, хиппи, дауншифтеры и те люди, которым неуютно везде. Сегодня тренд осознанного бегства создал за пределами городов очаги культуры, которые растут в виде волонтерских и предпринимательских проектов. +1 попытался разобраться в устройстве нового бизнеса в деревне.

Арт-парк «Никола-Ленивец»
Арт-парк «Никола-Ленивец»

От декабристов до наших дней

В январе 1827 года декабристы, изгнанные из столицы, прибыли в деревушку с четырьмястами жителями — Читу. В течение двух последующих лет число ссыльных увеличилось до 70 человек. Декабристы обустроили поселение, рядом с тюрьмой появились деревянные избы, общественное пространство, огороды. Ссыльные, люди из привилегированных сословий с хорошим образованием, занимались наукой и просвещением, изучали иностранные языки, проводили дискуссии, ставили спектакли и устраивали шахматные турниры. К работе и учебе привлекали местных. Активность «пришельцев» стала отправной точкой для культурного и экономического роста региона.

«Для жителей Читы это была целая эпоха. Чита украсилась десятком хороших домов. У жителей появилось довольство, дома приняли более благообразный вид, а костюмы стали опрятными и современными», — говорит Любовь Носова, сотрудница отдела «Музей декабристов» Забайкальского краевого краеведческого музея.

У успешных горожан возвращение к истокам, к корням вызывало стабильный интерес во все времена. Помещики, меценаты, бизнесмены вкладывались в развитие глубинки. Зачинателем очередной волны деревенского ренессанса выступил один из первых бизнесменов современной России Герман Стерлигов. Он начал строить в глубинке бизнес, разом продав все атрибуты роскошной жизни, и поселился в стороне от дорог, в глухом лесу в Московской области.

Деревня Малый Турыш
Деревня Малый Турыш

Проект, зарождающийся в глубинке, зиждется на подвижничестве и энтузиазме, ежедневных усилиях, не всегда ведущих к стабильной прибыли. Гузель Санжапова открыла производство в деревне Малый Турыш. Однажды, навестив отца на семейной пасеке, Санжапова задалась вопросом, как помочь ему и местным жителям. Так родился бренд Cocco Bello, выпускающий крем-мед. К работе привлекли местных бабушек. Летом 2018 года на циклах производства работало более 200 жителей Малого Турыша и соседних деревень. Средства для развития проекта Санжапова получила путем краудфандинга. За 6 лет она запустила 5 кампаний. Прибыль от продаж продукции Cocco Bello идет на развитие деревни: построена детская площадка, проведена чистая вода, строится общественный центр. Санжапова отмечает, что местные жители впервые за много лет получили работу, а главное — поняли, что они нужны.

Арт-объекты рядом с грядками

В начале 90-х в России начался очередной всплеск интереса к проектам, сочетающим концепцию культурного развития и идею загородной жизни в комьюнити себе подобных.

Арт-парк «Никола-Ленивец»

Арт-парк «Никола-Ленивец»

Арт-парк «Никола-Ленивец»

1/3

Арт-парк «Никола-Ленивец»

Одним из пионеров культурного движения из города в деревню стал арт-парк в Калужской области — «Никола-Ленивец», где художник Николай Полисский создает арт-объекты. По словам Ивана Полисского, управляющего партнера парка, деревенский запрос на городское искусство сформировал сам художник — основатель проекта.

«Современное искусство в глубинке? Такого запроса не было, но благодаря усилиям художника, отклику местных, вниманию критики и художественной тусовки его предложили публике. И современное искусство оказалось востребованным. Николай Полисский делал первые проекты, не думая о зрителях. В деревне такое нельзя было представить. Он фотографировал созданные арт-объекты и инсталляции, а потом презентовал их в Москве. Люди заинтересовались и начали приезжать», — говорит Иван Полисский.

Культурный центр «Этномир»

Культурный центр «Этномир»

Культурный центр «Этномир»

1/3

Культурный центр «Этномир»

Руководитель культурного центра «Этномир» Руслан Байрамов отмечает, что потребность в подобных объектах у людей появилась лет 15 назад, а сейчас она только растет.

«Наша основная целевая аудитория — семьи с маленькими детьми. Родители ценят возможность приобщения ребенка к родной культуре, культуре предков. Их привлекает и то, что можно путешествовать вокруг света, знакомиться с культурой соседних народов и даже жителей дальних стран, выехав в Калужскую область», — говорит Байрамов.

Культурные программы и практики в новых загородных пространствах направлены как на жителей мегаполисов и крупных городов, припадающих к истокам, так и местных, которые знакомятся с культурой, не выезжая из родных деревень, не формально и не суетно.

«Ничего нового в том, что москвичи хотят чаще выбираться из города, нет. Уникально, что они готовы ехать 200 км, и 20 из них — по разбитой дороге. Искусство в нашем случае — символ свободы, простора воображения на открытом пространстве. Ради духа свободы к нам приезжают и возвращаются», — говорит Иван Полисский.

С этим соглашается Давид Шанидзе, руководитель творческого комьюнити «Деревня», поселка в 120 км от Москвы по Минскому шоссе, где не ставят заборы и приветствуют свободную архитектуру. Проект «Деревня» появился благодаря команде дизайн-завода «Флакон».

«Это очень важно, когда не просто продается земля, а на ней есть общественные пространства, где люди проводят мероприятия, что-то реализуют. Наши жители объединяются и создают арт-объекты на общей территории. Проектом мы хотим объединить творческих людей», — говорит Давид Шанидзе.

Временное пребывание или постоянное проживание?

Иногда арт-пространства вырастают на месте производства. Так произошло с проектом «Гуслица» в Орехово-Зуевском районе Подмосковья. Владельцы купили промышленное здание из красного кирпича, но вместо обустройства цехов стали проводить лекции, мастер-классы, приглашать артистов, даже американских джазовых музыкантов.

Творческая усадьба «Гуслица»

«На месте, где стоит "Гуслица", были поселения староверов. Они до сих пор наши главные соседи. В дореволюционные времена район был образовательным центром этих мест и все жители были грамотными. Мы решили восстановить статус культурного центра — и создали наш проект», — рассказывает руководитель «Гуслицы» Ирина Николаева.

С момента запуска в арт-резиденцию приезжают художники, писатели и архитекторы. Старообрядческая культура, привычная для этих мест, всегда держалась на общности и сплоченности. У новых хозяев возникла идея создать комьюнити, способное держаться на добровольцах и творческих людях. Проект быстро стал народным.

«Мы создаем атмосферу, интересную творческим людям и туристам. Мы не олигархи с кучей денег, решившие себя потешить. Это инициатива снизу. К нам приезжают волонтеры, чтобы чему-то научиться, топ-менеджеры, чтобы поколоть дрова. Тут они смотрят на жизнь и задачи с другой стороны», — отмечает Николаева.

Приезжающие в новые пространства так привыкают к экспериментам, что готовы оставаться на территории дольше, чем просто на выходные.

Шанидзе не отрицает возможность трансформации «Деревни» в аналог израильского кибуца, где люди объединяются, открывая совместные производства. Идею постоянного проживания поддерживает Байрамов.

Творческая усадьба «Гуслица»
Творческая усадьба «Гуслица»

«Мы изначально создавали "Этномир" как парк, куда приезжают на один день. Потом мы построили там отели для длительного пребывания гостей. Сейчас мы вступили в ту фазу, когда "Этномир" стал местом, где люди могут постоянно жить и работать», — говорит Байрамов.

Наличие запроса отмечает и Ирина Николаева, но считает, что это приведет к «окостенению» арт-резиденции, которой всегда требуется свежая кровь.

Новая деревенская жизнь

Для «Гуслицы» очень важны жители близлежащих районов. Проект изначально хотел привлечь в арт-пространство местных людей, сделать так, чтобы каждый человек находил что-то интересное для себя. Несколько лет назад волонтеры «Гуслицы» организовали в сельской школе занятия по каллиграфии, жители приходят на лекции, мастер-классы, концерты. Николаева считает, что в Москву ради лекций и концертов люди не поедут, а тут всё рядом и доступно.

«В прошлом году у нас появились мастерские по керамике и реставрации мебели. Мы привлекаем жителей на работы. В перспективе хотим делать прототипы и отдавать местным мастерским, чтобы обеспечить их работой и доходом. Хотим, чтобы они делали эстетичные вещи. Когда соприкасаешься с красотой, то и уровень культуры повышается», — считает Николаева.

«Деревня» уже повлияла на общую атмосферу вокруг — пространство стало местом притяжения жителей соседних деревень. Во время строительства комьюнити к нему провели новую дорогу, используемую всей округой.

По мнению Ивана Полисского, существование «Николы-Ленивца» — показатель любви к деревне и попытка доказать, что деревня — не атавизм, что она продуцирует современную культуру и альтернативную идеологическую повестку, где дышится свободно и глобальный мир не перемалывает идентичность.

Комьюнити «Деревня»
Комьюнити «Деревня»

«Парк дает работу местным жителям в радиусе 30 км и помогает им профессионально развиваться. Они открыли гостевые дома и кафе. Все началось с сотрудничества с местными крестьянами, которые взялись строить мои инсталляции», — сказал Полисский.

Общая родовая черта подобных проектов — желание тиражировать себя в других регионах и районах. Об этом неоднократно заявляла Гузель Санжапова. Это отмечают и создатели арт-пространств, считая, что Россия идеально подходит для реализации таких культурных начинаний.

«Мы стремимся, чтобы "Гуслиц" было много. Культуру можно повышать только через творчество. Это — мотивация нового уровня, способная преобразить общество потребления в общество созидания», — сказала Ирина Николаева.